Москва: +7 495 234 4959 Санкт-Петербург: +7 812 740 5823 Лондон: +44 (0)20 7337 2600

Алексей Добрынин: Почему скандал вокруг «Тройки Диалог» выдуманный. Сноб, 7 марта 2019 года

На этой неделе по всем СМИ прошла новость о результатах журналистского расследования (OCCRP) «отмывания» через офшоры «Тройки Диалог» миллиардов долларов с 2006 по 2013 год. Однако при ближайшем рассмотрении понимаешь, что новости здесь нет. И вот почему

Результаты журналистского расследования, бесспорно, любопытные и шумные. Но это все, что можно о них сказать. Информация, размещенная OCCRP, не является доказательством совершения преступлений с точки зрения российского уголовно-процессуального законодательства. Журналисты OCCRP и сами подчеркивают, что их данных недостаточно для того, чтобы предъявить лицам, упомянутым в расследовании, официальные претензии. А потому ценность такого расследования не более чем информационная.

Так называемая «схема», выявленная журналистами, предполагает использование офшорных компаний, зарегистрированных во всем известных юрисдикциях и легально используемых бизнес-структурами по всему миру. Если говорить на языке уголовно-процессуального права, наличие таких компаний — лишь косвенный признак возможных злоупотреблений. Действительно, необязательность бухгалтерской отчетности, непрозрачность активов и анонимность владельцев дают основания следственным органам считать репутацию подобных компаний сомнительной. Не более.

Значительная часть событий, ставших предметом внимания журналистов, более чем десятилетней давности. Но за прошедшее с нулевых годов время значительно изменились стандарты в сфере противодействия отмыванию денег. Например, ФАТФ — Группа разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег (профильная неправительственная организация, занимающаяся выработкой правил в сфере легализации преступных доходов) — примерно раз в десять лет обновляет соответствующие стандарты. По сравнению с ее требованиями, сформулированными в правилах 2003 года, обновленные стандарты 2012 года более детально регулируют вопросы, касающиеся мер, которые должны приниматься для установления бенефициарного владения клиентами, являющимися юридическими лицами. Кроме того, сегодня четче сформулированы требования по выявлению и применению санкций в отношении нелицензированных операторов услуг перевода денег. Также туда включены дополнительные требования для повышения прозрачности трансграничных переводов. Иными словами, механизм контроля постоянно совершенствуется. Сегодня к банкам и бизнес-структурам предъявляются требования, которые еще десять-пятнадцать лет назад не были актуальными. Это обстоятельство не может не учитываться при оценке событий второй половины 2000-х годов. Вероятно, именно поэтому обсуждаемые сегодня денежные переводы десять лет назад не привлекли внимания не только российских компаний, но и авторитетных европейских финансовых организаций, участвовавших в их реализации.

Заявление OCCRP о якобы имевшем место отмывании денежных средств, хоть и маловероятно, но может явиться поводом для возбуждения уголовного дела по смыслу ст. 140 УПК РФ. Иными словами, размещение такого заявления в СМИ можно считать сообщением о совершенном преступлении. Это влечет за собой прямую обязанность следственных органов или органов прокуратуры провести проверку и по результатам возбудить уголовное дело или отказать в нем. Но здесь не надо забывать, что само «отмывание», или, на юридическом языке, легализация денежных средств, полученных преступным путем, в правовом смысле означает необходимость следственных органов установить и доказать факт совершения иного преступления, в результате которого преступным путем были получены денежные средства, в дальнейшем легализованные. Да, и главное: установить причастность к этим действиям и виновность конкретных лиц. Пока нет этого, нет и «отмывания».

И небольшая рекомендация журналистам OCCRP: подобного рода заявления в СМИ могут быть истолкованы теми же следственными органами как обвинения лица в совершении тяжкого преступления, ч. 2 ст. 306 УК РФ. У инициаторов таких заявлений есть очевидный риск попасть под уголовное преследование и прочувствовать на себе все прелести российского судопроизводства.

В связи с этим, конечно же, важно определиться и в терминологии, и в фактах, когда обвиняешь кого-то и расследуешь что-то, во избежание собственных уголовно-правовых рисков в том числе.

Алексей Добрынин, адвокат, партнер, руководитель уголовно-павовой практики коллегии адвокатов Pen & Paper

Источник